билингвистическое недоразумение (chudaaa) wrote,
билингвистическое недоразумение
chudaaa

отлично играем в текстовом сообществе: начали на йоль, и продолжаем уууу, приходите читать много охуенных текстов, если вдруг кто ещё про наше сообщество не в курсе, то вот оно.


Это такой слоёный пирог: тесто в нём дрожжевое, тонкое, обычное, а начинка слоями – мокрая трава, заячий испуг, чужое, выброшенное за ненадобностью сердце, нитка мелкого речного жемчуга (он выдержан в крепчайшем приступе гнева и не будет застревать в зубах), колодезное эхо, ягода морошка и ягода олуника, четвёртое декабря, решительный шаг, папоротниковый мёд и тростниковая соль – и это только для начала; много начинки в моём слоёном пироге, так много, что не выговорить одним дыханием, не выдумать одной непрерывной мыслью, не отвлекаясь на трепет берёзовых серёжек на ветру, на стрёкот цикад в полуденном мареве, на сырой перестук затяжных капель по голым ветвям, на долгую скрипучую звёздчатую морозную тьму; я переберу все слова и все начинки и все отвлечения, буду петь рассветные песни майского дня, говорить громовые раскаты, вести неспешные беседы с теми, кому не достало бесед и молчать для тех, кто больше не может слушать, ходить долгими кружными путями, так, что прибыв, наконец, к очередной наугад выбранной цели, я окажусь от неё дальше, чем прежде, и всё по дороге, всё впрок: и совиный взгляд, и самая густая и твёрдая тень бесплотного духа, и хохот лесных детей, и следы одинокого путника, третью вечность возвращающегося домой, и прикосновения невидимых рук, вплетающих душистые травы в шерсть домашних зверей – всё умостится, уместится, уложится в мой слоёный пирог на тонком дрожащем тесте, замешанном в самую лунную ночь в безвозвратно ушедшем году.

Я не умею прясть, но пирог мой требует самой неслышной пряжи из тающего вечернего света и кошачьей шерсти, и я впряду украдкой пробравшегося в кухню ночного воришку, пришедшего за скопившимися по углам чудесами, в свою бесшумную серебристую нить – он ничего не почувствует, мой безымянный удачливый вор, только увереннее станет его цепкий взгляд и точнее рука, всегда забирающая то, что необходимо, и оставляющая столь же необходимое, но другое, взамен. Я подберу оставленные ловким моим воришкой чьи-то позавчерашние сны, выстуженные короткий день в ледяной проруби, возле рыб, выдержанные долгую ночь в догорающей тёплой печи, на которой спят, ставшие похожими на папиросную бумагу, папирусные свитки, полные несуществующих слов; я возьму эти слова, отделю от бумаги, отправлю в пирог папирус, папиросу, росу, речь римского императора, позабытую им накануне решающей битвы, звук трубы, рвущийся в бой, горечь победы, тесноту поражения, пресный привкус обратной дороги, пыль, глину, ноющую рану, ножевую сталь; в мой пирог попадут все неслучайные листья, оказавшиеся у меня на пути, все блокнотные листы, разрисованные поверх написанного поверх нарисованного; чтобы не было слишком сухо, добавлю мятного масла, мятой правды, неубывающей красоты огня и оленя над пропастью в невозможном прыжке; буду держать в одной руке чашку с печалями, в другой колокольчик, в третьей рис и грибы (золотые, высокие, на тонкокостной ножке), в четвёртой другую руку, в пятой память, рождение, смерть, а если мне не хватит на всё это рук, то я тоже их где-нибудь украду.

Я встану и вытянусь в голос и выверну взгляд через себя наружу, через колодец, через пень-колоду, через зеркальный коридор меня и меня туда, где меня ещё нет, протяну все мои и найденные руки широко, шире, чем время и близко, ближе, чем бесконечность; очерчу дугу зелёным и слишком синим, синим и совсем не великим, несокрушимым, неузнанным: здесь будет слово моё и слоёное моё средство для удаления пятен неприятного неживого оттенка с ткани бытия, очерёдность событий условна и значения не имеет; я стою выше самых высоких вершин, где ветер и свет и облака, ниже самого глубокого морского дна, где тень и трепетные твари в окружении белоглазых глубоководных плодов; я стою и разрезаю этот пирог из обычного теста с многослойной начинкой, охватываю пирог поперёк и вдоль железных линий электропередач, вдоволь у каждой станции электрички, автобусной остановки, автомобильной заправки с дешёвым горьким чёрным топливом для припозднившихся, опаздывающих, уходящих пешком по нескончаемой трассе, у всех ночных и дневных супермаркетов, на пыльных библиотечных полках, в уценённых корзинах видеопрокатов, в дорогих салонах по продаже машин и ногтей; я разрезаю пирог и смотрю, как он поднимается, плавает, плавится, поставленный на пятнадцать минут в нагретую солнцем дровяную деревянную печь.

Начало начинки находится здесь, пространственно-временные координаты введены в активную память блока границы неба и неба: это такой слоёный пирог, продолжить?

Y/N

(мигает курсор)
Tags: 15, невыносимая охуенность бытия, текст, шаман сказал шаман сделал
Subscribe

  • (no subject)

    заказала глину, отдала заказы, приготовила обжиг на завтра, сижу. упал инстаграм, поднялся инстаграм, почему-то смешно. всё такое странное изнутри…

  • (no subject)

    this is nothing new: an autumn chill caught my ribs, dragged me sideways and down, pre-dawn air brittle and hard to swallow. it came up trough my…

  • штуки, чтобы быть, которые можно заказать

    написала в инстаграм, но и сюда тоже напишу, чтобы так вот же положила. вообще я редко тут красивое показываю, но не потому, что не хочу, а потому…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments